В этом году Норильску исполняется 70 лет. Для человека это солидный возраст, для города даже не молодость – юность! У Норильска она была яркой: трудной и великой, радостной и бесшабашной, со взлетами и падениями – город знал и пережил разные времена. Конечно, в России много более «родовитых» городов – тех, у которых за плечами века и даже тысячелетия. Но сердцу мил этот – заснеженный и родной, ставший для многих людей жизнью и судьбой: именно их руками он построен, их глазами смотрит на мир.
К юбилею Норильска предлагаем серию материалов о северном городе и его жителях. Сегодня мы расскажем о замечательной норильчанке, которая помогла появиться на свет не одному десятку малышей и для многих стала настоящим примером служения людям. О легендарном акушере-гинекологе и руководителе Центра милосердия Татьяне ЛАСТОЧКИНОЙ, одной из трех норильчанок, чье имя вошло в альманах «Знаменитые женщины России».
Мой выбор – медицина
– Я родилась в 1950 году в Брянске и росла в семье медика и военного, – рассказывает Татьяна Владимировна. – Моя мама Анна Гавриловна всю жизнь работала старшей операционной сестрой и отдала этой профессии 55 лет. Она оперировала с гениальным хирургом и ученым Николаем Амосовым. Мои детские впечатления о маме – это постоянный труд в операционной и запах йода от ее рук. Отец мой, Владимир Захарович, ветеран Великой Отечественной войны, кадровый офицер, и поэтому выражение «честь имею» отпечаталось у нас с Валентиной, моей сестрой, на подкорке головного мозга. С детства в меня была заложена идея честного служения людям, а для этого нужно честно и справедливо трудиться.
В выборе профессии я не сомневалась и поступила в Смоленский мединститут, на факультет «Акушерство и гинекология». Попасть на эту специализацию было очень сложно: был большой конкурс. Наши с сестрой судьбы во многом перекликаются. Мы много лет работали главными врачами, получили звание «Заслуженный врач России». Только я руководила Норильским родильным домом, а сестра – Курской городской больницей.
После окончания института в 1974 году меня распределили в интернатуру в Соликамске Пермской области. Мама была против моего выбора. Она считала, что профессия врача-акушера очень тяжелая.
Норильск – это судьба
Однажды в Соликамск приехала большая группа врачей и молодых инженеров, среди них оказался и будущий муж Татьяны Ласточкиной – Владимир Иванович. Он окончил Московский университет и был направлен туда как молодой специалист. Трудился на магниевом производстве. В то время вся Москва, откуда и приехал в Соликамск молодой инженер, гудела о Норильске, где шло строительство и куда ехали отряды комсомольцев.
– Мой супруг приехал в Соликамск с мыслью, что он должен оказаться в Норильске, с дальнейшей перспективой создать и содержать семью, растить детей, – рассказывает Татьяна Ласточкина. – У наших родителей не было возможности нам помогать. В конечном итоге супруг получил направление на работу в Норильск как инженер цветной металлургии. До самой пенсии трудился в хлорно-кобальтовом цехе Никелевого завода. Свое рабочее место он называл «ласточкино гнездо». Люди его любили.
В 1976 году я приехала на Север следом за мужем. Тогда у нас уже был сын Игорь, мой старший. Прилетела в январе, в полярную ночь, но в городе было светло от иллюминации. Мужу дали гостинку на Металлургов, до которой надо было идти почти через весь Ленинский проспект. Такого, чтобы ты шел вечером или ночью, а на улице было светло от иллюминации и от ее отражения от снега, мы нигде не видели, ни в Брянске, ни в Соликамске.
Супруг меня встретил и спрашивает: «Как думаешь, сколько градусов мороза на улице?» Я думала, что около 25, и была поражена, когда он сказал, что минус 40. Безветренно, и мороз почти не чувствовался. По пути домой мы зашли в недавно отстроенный универсам на площади Металлургов, и первое, что я там увидела, – огромное количество ярких оранжевых апельсинов. Люди их покупали в больших количествах и несли домой в сетках-авоськах. Я смотрела на них и думала: «Боже мой, какое же здесь изобилие». Небо и земля в сравнении со средней полосой России. Даже в годы перестройки, которые Норильск каким-то чудом пережил, с продуктами здесь было намного лучше, чем на материке. Люди здесь жили словно в какой-то колыбели и чувствовали себя защищенными властью, снабжением, комбинатом. Тогда здесь была стабильность. Норильчане не испытывали тех потрясений, которые ощущали жители материка, когда специалисты вынуждены были бросать работу и идти в челночники, чтобы прокормить свои семьи.
Три кита профессии врача
– Когда я пришла устраиваться врачом акушером-гинекологом на работу в родильный дом, меня встретила и.о. главврача роддома Ирина Черемнова, а сам главврач Вячеслав Вакарев был в отпуске, – продолжает Татьяна Владимировна. – Разговор получился как экзамен. Я рассказала, что у меня год интернатуры и год работы после нее, но я все знаю, все умею, все могу. Она удивилась и попросила меня рассказать о своих умениях. Трудно сказать, чем я обаяла Ирину Ивановну, но она заверила меня, что, когда вернется главный врач, вопрос о приеме на работу решится окончательно.
Родных здесь у нас не было, а в детских садах не хватало мест, и сына на некоторое время пришлось отвезти к бабушкам. Работала посменно в роддоме, поликлинике, женской консультации. Так уж сошлись звезды, что через шесть лет меня назначили заместителем главного врача родильного дома. Ответственность колоссальная. Я не могла подвести своего руководителя, учителя и наставника Вячеслава Вакарева и ударить в грязь лицом перед его
командой – заведующими, которые были асами в акушерстве и гинекологии. Школа медицины в Норильске в то время была сильнейшая. И было развито наставничество, которое, к сожалению, сейчас практически исчезло. Молодому врачу полезно поработать с наставником. Наставник обучает профессии и объясняет, как делать надо, а как не стоит.
Профессия акушера-гинеколога да и любого врача держится на трех китах: высоком профессионализме, человеколюбии и внимании. От знаний и умений акушера-гинеколога зависит жизнь мамы и ребенка. Врач должен уметь вести и принимать роды, оказывать гинекологическую помощь. Главные показатели в его работе – это благополучный исход родов, низкий травматизм матери и ребенка, минимальное количество послеоперационных осложнений. Все это нарабатывается, особенно если есть возможность и желание обучаться у асов медицины, которые на тот момент были заведующими отделениями. Сложная школа.
– У молодых врачей амбиции, а у старшего поколения опыт и практические знания, – делится
Татьяна Ласточкина. – Для меня это в какой-то степени была еще и школа уважения к старшему поколению. Нельзя недооценивать житейскую мудрость и знания своих наставников, даже если ты с ними в чем-то не согласен. Никуда и без человеколюбия. Нельзя работать акушером-гинекологом, если не любишь женщин, с которыми ты работаешь. Беременная женщина особенно уязвима и эмоционально, и физически. Заботиться надо не только о ее здоровье и здоровье малыша, но и о психологическом состоянии. Ну и, конечно, никуда без внимания к человеку, деталям, документам. Этот навык должен быть наработан у всех, но для врача он особенно важен.
Непростые времена
Были в истории роддома и жизни Татьяны Владимировны и непростые времена. Например,
в феврале 1979 года произошла масштабная авария на газопроводе. На улице ниже минус 45, да еще и дули пронизывающие ветра. Температура в квартирах упала до плюс десяти градусов, детские сады и школы закрылись, но родильный дом и больницы работали вопреки всему.
– Все силы были брошены на то, чтобы обогреть здание роддома всеми возможными способами, – говорит Татьяна Ласточкина. – Работали дополнительные генераторы, тепловые завесы, обогреватели. У нас даже мысли не возникало, что в нашей работе что-то пойдет не так.
Хватало сложностей и в перестройку. В конце 1989 года коллектив выбирал нового руководителя, и люди свои голоса отдали за меня. Тогда главой горисполкома был Юрий Смолов. Я в городе была еще новичком, чуть больше десяти лет прожила. Юрий Михайлович мне тогда сказал: «А что вы сможете сделать для роддома? Вы же лампочку не сможете достать». Пришлось доказывать, что я все смогу. В это же время к нам зачастили различные делегации, в том числе и иностранные.
С 1991 года дела в роддоме стали меняться к лучшему: открылся семейный клуб «Духовные роды», появились индивидуальные залы, в которых проходили совместные роды, палаты «Мать и дитя», где дети находились вместе с мамами, велась работа по популяризации
грудного вскармливания. Когда городом руководил Олег Бударгин, был сделан ремонт, организованы отделения реанимации, анестезии, УЗИ, заменили мебель, появились удобные итальянские кровати, а для родителей организовали торжественную выписку, которая идет
и сейчас, но уже в перинатальном центре.
Тогда в роддоме был специалист загса, и свидетельство о рождении можно было получить во
время выписки, без всякой беготни и хлопот. В дополнение к нему выдавали паспорт норильчонка и медаль «Рожденному в Норильске». Благодаря этим нововведениям в 2001 году Норильский роддом одним из первых в России получил международный статус «Больница, доброжелательная к ребенку», и у него появился свой девиз: «Ради жизни на земле норильской». Годом раньше здесь – в первом из лечебных учреждений – открылась часовня святой равноапостольной княгини Ольги, которая является покровительницей в родах. Часовня до сих пор находится на территории старого родильного дома и продолжает действовать. Помощь стали оказывать не только врачебную, но и духовную. А в 2017 году норильский роддом переехал в новое здание, стал перинатальным центром, и при нем открылся храм Петра и Февронии, покровителей семьи.
– К вере человек приходит через скорби и испытания, а еще с помощью бабушек, – рассказывает Татьяна Владимировна. – В советское время бабушка нас с сестрой потихоньку, чтобы никто не знал, водила в храм, рассказывала о вере. Дома перед иконами всегда горела лампадка. В акушерстве невозможно работать без веры.
Служение в сестричестве
С 1994 года родильный дом стал работать с людьми, нуждающимися в социальной помощи. В основном это были мамы-одиночки и женщины, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации. Так началось социальное служение известной норильчанки. В декабре 2010 года
появилось сестричество милосердия. Целью Центра милосердия стала разноплановая помощь
людям, оказавшимся в тяжелом положении в связи с болезнью. Сестры милосердия работают в хосписе для онкобольных, помогают на дому пожилым инвалидам, малообеспеченным и многодетным семьям, детям-инвалидам и ребятишкам, оставшимся без попечения родителей.
– Вся моя жизнь связана со служением людям, но я об этом не жалею, – говорит Татьяна Ласточкина.
